Тогда я бежала за ней, прерывисто дыша, боясь, что она, напившись дешевого вина, случайно упадет на мостовую с балкона, когда пойдет курить. Она ходила по комнате, он лежал на полу, раскинув руки и бормотал, жестоко и холодно. Я тогда еще легла спать на подушке под дверью.

Простить можно только тех, кто для тебя что-то значат. Я простила папу. И маму тоже, я знаю, что отцу не всегда было легко с ней. Чтобы по-настоящему оценить то, что дается нам, нужно это потерять. Да, часто это так. Но её - нет. Ее холодные глаза я буду помнить всегда, и губы, "говорящие во мрак". Холодный расчет. Она знала, что нужно сделать, чтобы вызвать инфаркт у отца. И она это сделала. Она... Человек ли? У меня было странное ощущение присутствия.

Я часто думаю, почему я любила бабушку так же, как родителей. До сих пор не уверена до конца. На похоронах мама плакала. Я нет. Было чувство тупого недоумения. Понимание того, что ее нет, не пришло.Чувства гораздо многограннее, чем наш богатый язык. Зато потом, я поняла. Уже после того, как якобы любившие ее люди вернулись к своему каждодневью. Поняла м начала бояться призраков.
Чувствуешь свое бессилие, все понимаешь, но ничего не можешь сделать, совсем ничего. А имя в списке умерших. Осознаешь безысходность и становится жутко... Банально. Чувствуешь, что должен быть сильным, потому что сильные рыдают рядом и ни на что не способны. И самому хочется рыдать, но знаешь, что нельзя.
И я не верю, что ничего невозможно было сделать, не было выхода. Выход был. Только один вопрос: почему я ничего не смогла сделать?

Помню холодно-ленивое выражение лица ее лечащего врача. И как оно оживилось при виде денег.

@темы: сожженные страницы